Рубрики
События, Факты

80 лет назад начались массовые расстрелы нацистами гражданского населения недалеко от урочища Бабий Яр под Киевом

80 лет назад начались массовые расстрелы гражданского населения недалеко от урочища Бабий Яр под Киевом. Военные преступления нацистов никогда не должны быть забыты.Йом-кипур в еврейской традиции — День искупления, или Судный день, когда Всевышний ок…

80 лет назад начались массовые расстрелы гражданского населения недалеко от урочища Бабий Яр под Киевом. Военные преступления нацистов никогда не должны быть забыты.

Йом-кипур в еврейской традиции — День искупления, или Судный день, когда Всевышний окончательно решает судьбу человека на будущий год. Существует традиционное пожелание: «Чтобы Ваше имя было вписано в книгу жизни и скреплено печатью». Йом-кипур отмечается на десятый день после Рош ха-Шана (Нового года, который празднуют в новолуние осеннего месяца тишрей). В 1941 году Йом-кипур пришелся на 29 сентября. В этот день начались массовые расстрелы евреев в Бабьем Яре, ставшие одной из самых трагических страниц в истории Киева. За два дня в овраге на окраине города погибли более 33 тысяч человек.

Работая в архиве Службы безопасности Украины, авторы этой статьи изучили свидетельства очевидцев, пособников и участников массовых казней, которые были собраны сотрудниками НКВД, а позже КГБ во время войны и в последующие годы, вплоть до 1990-х. Цитируя документы из архива СБУ и других источников, авторы рассказывают о событиях в Бабьем Яре 29-30 сентября, а также о двух последующих годах оккупации, когда в этом овраге нацисты продолжали тысячами казнить невиновных людей.

До «Судного дня»: свидетели о первых расстрелах

Первые выстрелы в Бабьем Яре прозвучали уже 20 сентября — на следующий день после того, как нацисты вступили в Киев. Расстрелы продолжались до 4 ноября 1943 года, когда за несколько дней до прихода Красной армии были убиты жители Киева, не подчинившиеся приказу выселиться из города.

Свидетель Иван Янович, который проживал на улице Бабий Яр (ныне улица Ольжича), что в непосредственной близи от Бабьего Яра, 15 ноября 1943 года рассказывал следователю НКВД:

«Немцы вступили в г. Киев 19.IX.1941 г., а 20.IX.41 г. они уже приводили группами в основном советских военнопленных на расстрел в Бабий Яр, расположенный от моего дома 800-1000 метров. Лично я не смотрел, как их расстреливали, потому что стояла охрана и близко не пускали, было только слышно крики людей и автоматные выстрелы». (Здесь и далее аутентичность текста документов сохранена.)

Надежда Горбачева, которая жила на соседней улице Тираспольской, тоже свидетельствовала о расстрелах евреев до 29 сентября 1941 года:

«…22 сентября 1941 года я видела, как в течение дня в Бабий Яр проследовало около 40 грузовых автомашин, на которых были евреи-мужчины, женщины, дети, а также женщины с грудными ребятами.

Я и ряд других женщин из нашего дома подошли ближе к тому месту, где были сняты с машин евреи, мы даже несколько десятков метров ползли, чтобы видеть, что будет дальше. Я и другие женщины видели, что в метрах пятнадцати от Бабьего Яра немцы привезенных евреев заставляли раздеваться и потом раздетые догола бежали в сторону Яра, где их расстреливали. Слышна была пулеметная стрельба и одиночные выстрелы. Я видела, как немцы грудных ребят бросали в овраг. Заметно было, что многие люди падали ранеными, а дети были еще живые…»

Леонид Островский — советский военнопленный, а также узник Сырецкого лагеря (это исправительно-трудовой лагерь нацистской СД, находившийся с 1941-го по 1943 год неподалеку от Бабьего Яра) — 12 ноября 1943 года давал в НКВД такие показания:

«…25 сентября 1941 года в г. Киеве я был немцами задержан и направлен в лагерь для военнопленных, находившийся по ул. Керосинной (ныне Шолуденко — НВ)…

С 28 сентября 1941 года и до момента моего ухода с лагеря (3 октября — НВ) всех находившихся в нем евреев в возрасте до 16 лет и свыше 35 лет ежедневно грузили на автомашины и из лагеря вывозили. Вскоре эти же машины возвращались обратно в лагерь без людей, а только с одеждой, которую складывали в отдельные помещения. Поэтому находившимся в лагере стало известно, что всех, вывозимых на автомашинах, везут не на работу, как это сначала пытались объяснять немцы, а на расстрел».

Киевскую «большую акцию» высокопоставленные командующие вермахта и нацистских спецслужб запланировали после нескольких совещаний. 24 сентября прозвучали первые взрывы на Крещатике и начался большой пожар, погибло много немцев и киевлян. Многие здания в центре города еще накануне оккупации были заминированы советскими военными, а потом их начали дистанционно взрывать. Планируя «акцию возмездия», нацисты объявили виновными в подрывах именно евреев, а не советских диверсантов.

28 сентября по Киеву распространялся приказ: всему еврейскому населению города и окрестностей собраться на окраине возле кладбищ. С собой нужно было взять документы, деньги, вещи и прочее, поэтому многие люди не догадывались о том, что их ожидает. Большинство думали, что речь идет о переселении в другое место.

Чтобы описать то, что в действительности происходило в Бабьем Яре 29-30 сентября, мы публикуем свидетельства палачей, их сообщников и жертв, которым удалось спастись.

«Евреи гуськом подходили к яме». Шнапс и убийства по графику

К расстрелам, которые начались утром 29 сентября, были привлечены следующие подразделения: зондеркоманда 4а из состава айнзатцгруппы «С», полицейский полк «Юг» в составе двух полицейских батальонов, а также одна рота батальона СС и полицейский взвод общей численностью 1500 человек.

Нацисты проводили расстрелы с присущей им скрупулезностью, соблюдая порядок. За два месяца войны с СССР они уже приобрели достаточно опыта в исполнении таких казней. Поэтому даже на послевоенных допросах они описывают эти события чуть ли не как будничные.

Так, оберштурмфюрер СС Август Хэфнер, офицер зондеркоманды 4а свидетельствовал:

«… Евреи гуськом подходили к яме… Они должны были там стать на колени и притом таким образом, чтобы они согнули спину к коленям, наклонили голову и сложили руки.

Стрелок становился за ними и с близкого расстояния производил из автомата выстрел или в затылок, или в мозжечок. После того, как первые евреи были расстреляны, в яму гуськом приходили другие. Они должны были становиться на колени на пустые места, оставленные уже расстрелянными, и были расстреляны таким же способом.

Так заполнялось дно лощины. После того, как дно лощины было заполнено, расстрел дальше происходил так, что в этой яме были расстреляны послойно пласт за пластом. Стрелки стояли на трупах. Евреи, которые подходили гуськом и с края ямы видели расстрел, шли без сопротивления в яму и были расстреляны вышеописанным способом…»

Замысел такого типа массовой экзекуции, когда жертв расстреливали и укладывали пластами, принадлежит «высшему фюреру СС и полиции Россия-Юг» обергруппенфюреру СС Фридриху Еккельну. Он сам цинично называл его «укладкой сардин».

В показаниях Августа Хефнера внимание привлекает и другая деталь: «Под вечер казнь была закончена, это могло быть между 5 и 6 часами… На следующее утро казнь продолжалась».

Перед началом расстрелов, когда Киев был обклеен объявлениями об обязательном сборе всего еврейского населения, нацистские спецслужбы рассчитывали на явку около пяти-шести тысяч евреев. Но пришло более 33 тысяч человек, и нацисты оказались не готовы расстрелять столько людей за один день. Как видно из показаний, убийцы соблюдали «рабочий график».

К вечеру 29 сентября они прекратили расстрелы и отправились отдыхать. Но что было делать с теми тысячами евреев, которых они не успели убить? Их смерть отложили на несколько часов и оставили ждать утра. По приблизительным подсчетам, в первый день расстреляли около 22 тысяч евреев. Оставшихся (около 11 тысяч человек) нацисты решили разместить в гаражах неподалеку от Бабьего Яра (бывшая улица Лагерная, ныне — Дегтяревская).

Но вернемся к убийцам. Нацистское руководство осознавало, что, несмотря на их «опыт» и подготовку, после массовых расстрелов нужно было как-то «снять стресс». Бывший гауптвахтмейстер полиции Георг Бидерман рассказывал на послевоенном допросе:

«… Перед началом казней я должен был для всех заготовить продовольствие, особенно для взвода войск СС. Было приобретено большое количество алкоголя, в том числе ром, коньяк и шампанское…»

В показаниях бывшего шофера в зондеркоманде 4а Курта Вернера можно найти следующие сведения:

«… В этот день (речь идет о 29 сентября — НВ) расстрелы продолжались примерно до пяти или шести часов (17 или 18 часов). Затем мы вернулись на нашу квартиру. В этот вечер опять был выдан шнапс. Мы все были рады, что расстрел закончился… Также на второй день после расстрела был выдан шнапс. Я также знаю, что вечером офицеры напились…»

…..

Окончание по ссылке источника

(https://www.currenttime.t…)